Да не то слово! Ща может и родится что нить! Мода — это все. Я имею ввиду, что это искусство. А искусство — это все для меня, поэтому мода — это как другая сторона искусства. Это самовыражение, это музыка, это способ показать человека, которым ты являешься на самом деле. Этого у тебя никто не может отнять.
Авось может после моего понесет. Если человек предал кого-то из-за тебя, не стоит связывать с ним жизнь, рано или поздно он предаст тебя из-за кого-то.
Закутавшись в старый плед, который стащила с помойки, стараюсь спастись от жуткого сквозняка из щели в крыше. Отец... если его так можно назвать… опять выгнал жить на чердак. Не забыв при этом наградить парой новых синяков. Плакать уже нет сил, да и толку от этого никакого. Всё, что мне хочется - так это в тёплую кроватку, мамин поцелуй перед сном и маленькую сказочку... Разве многого я прошу? Нет... но и эта малость выпадает редко. В руках держу яблоко, которое удалось утянуть со стола. Это мой ужин или завтрак - я ещё не решила.
Уснула я довольно быстро, ибо дико хотелось спать, глаза слипались, а мысли превратились в кашу. К сожалению или к счастью мне сны не снятся уже давно. Сплю я крепким сном. Порой я даже боюсь, что не проснусь вовсе. Да и не хочется возвращаться мне в реальный мир одиночества, страха и побоев. Ведь отец издевается надо мной, а мама ничего не может поделать. Она подолгу отсутствует дома: работа такая у неё. Хоть я и скрываю синяки, а отец в её присутствии сама доброта и забота, мама всё видит и понимает. Только сделать мы ничего не можем. Связаны мы по рукам и ногам, как говориться. Дом записан на отца, мамин паспорт тоже у него, как и моё свидетельство о рождении. Так и живём – как безвольные и безликие тени.
Проснувшись утром от громкого бурчания в животе, я заметила, что на улице резко похолодало. Поскорее бы меня отсюда выпустил мой родитель! Хочется согреться. И есть хочется. Или хотя бы чаю попить горячего. Ох... мама приедет только через пару дней, а он скорее всего опять с раннего утра уже пьяный. А раз пьяный, значит будет бить. От этой мысли задрожала я ещё сильнее. А за крохотной дверкой в полу послышались громкие тяжелые шаги отца. Я забилась в дальний уголок за сундуком старым. Вдруг откроет дверцу и не заметит? Нет… конечно заметит и будет ворчать и давать подзатыльники. Очень не хочу новых синяков. Всё остальное помню как в тумане: отец схватил меня за волосы и выволок с этажа. Потом что-то нечленораздельное начал кричать и бить по лицу. А после и вовсе со всей силы приложил об косяк дверной. Тут в глазах потемнело, а после и вовсе сознание ускользнуло от меня. Очнулась я от жуткого холода. Я подумала, что отец опять закинул меня на чердак и запер там. Но Я почувствовала сырую землю под собой. А вокруг стояли вековые сосны. Что я тут делаю? Он решил вовсе вышвырнуть меня из дома? Как ненужного котёнка увозят в лес и бросают там? Я попыталась сесть, но тут же получила пинок ногой в грудь. - Лежи скотина и не двигайся – раздалось пьяное бурчанье отца. Он рядом и что-то замыслил… что-то противное и злобное! Он начал рвать на мне старый свитер, и попутно стягивал с себя штаны. Я что есть мочи закричала, а после произошло нечто совсем ужасное. Отец, крича и махая руками пытался куда-то отползти в сторону. Но ничего не получилось – он превратился в камень! Я сама не поверила. Лишь дотронувшись до него осознала, что убила его… больше никто не мог! Я бежала до дома целую вечность! Точнее я просто бежала, а потом уже попросту плелась. Зато впервые за долгое время я поела без страха на кухне, а после и вовсе спала в своей детской… Но ничего меня так не страшило, как приезд мамы. А вдруг она не простит мне смерти отца? Вдруг прогонит? Нет. Мама и так давно про него всё поняла… Его точно будут искать! Но не найдут – о теперь камень! Так и вышло – через день в дом вломились полицейские. Я спряталась за кухонной занавеской, ибо мне стало страшно, что меня накажут. Мужчины все как один уставились на тело, усыпанное синяками. - Вот поддонок! – воскликнул один из вошедших – Так! Оформляем ребёнка в приют местный. Приедет мать, будем разбираться. С этого момента вокруг меня было много взрослых, много внимания и много расспросов. Вот только я не хотела ни с кем говорить. Я ушла глубоко в себя, не отвечая никому и никогда. Уж не знаю, сколько дней прошло, пока я ждала возвращения мамы. Она появилась вся заплаканная на пороге игровой комнаты, где я обычно сидела в самом углу. Не знаю почему, но я просто не могла разговаривать даже с мамой! А через неделю мы с мамой уже стояли на пороге квартирки в городе, которую купили на деньги после продажи дома и участка. Маленькая, зато своя жилплощадь. И никаких побоев, никаких криков, никакой боли… Как же я заблуждалась, рассчитывая, что люди тут добрее, а жизнь радостнее. Оказалось, что повсюду одни безразличные ко всему люди, и те, кто желает обидеть, отобрать или вовсе лишить всего… Соседи у нас были ужасные – всё время пытались выведать, что мы тут делаем, откуда приехали, почему приехали. И все были как-то негативно настроены против меня и мамы. Может быть потому, что я отличалась от остальных детей замкнутым поведением? В любом случае – друзей у нас тут не завелось. Мама устроилась на работу, чтобы прокормить нас и платить за жильё. А в детсад меня не приняли, ибо нет должных справок от врача. Но я и сама не хотела туда, где много других детей. Так что я сидела почти все дни дома одна одинёшенька. Мама строго настрого запретила мне открывать дверь в её отсутствие и выходить на улицу. Зато в воскресенье мы часто с ней гуляли по парку. Однажды в время одной прогулки я загляделась на пруд и отбилась от мамы. Я не сразу это поняла, ибо шла просто, глядя в сторону резвящихся уток. И непонятным образом оказалась в безлюдном месте глухом. Меня сразу охватила паника, но, ни закричать, ни позвать маму я не могла – голос пропал. Я металась из стороны в сторону, пока не наткнулась на странную фигуру, которая приближалась ко мне. Это странное существо, бледное и уродливое протянуло свою костлявую руку ко мне. Нет! Я не хочу быть тут… я хочу убежать подальше и спрятаться. Почему-то ноги не слушаются меня. Когда оно схватило меня, я подумала, что мне пришел конец, а мама никогда уже не увидит меня. Но внезапно я открыла глаза и увидела, как этот монстр корчится и извивается… как мой отец тогда в лесу. Существо стало камнем… снова? Я опять убила кого-то. Тут я сорвалась с места и побежала, куда глаза глядят. Мода — это все. Я имею ввиду, что это искусство. А искусство — это все для меня, поэтому мода — это как другая сторона искусства. Это самовыражение, это музыка, это способ показать человека, которым ты являешься на самом деле. Этого у тебя никто не может отнять.
Ага! Понесёт - мало никому не покажется! Мода — это все. Я имею ввиду, что это искусство. А искусство — это все для меня, поэтому мода — это как другая сторона искусства. Это самовыражение, это музыка, это способ показать человека, которым ты являешься на самом деле. Этого у тебя никто не может отнять.
Спать! Мода — это все. Я имею ввиду, что это искусство. А искусство — это все для меня, поэтому мода — это как другая сторона искусства. Это самовыражение, это музыка, это способ показать человека, которым ты являешься на самом деле. Этого у тебя никто не может отнять.
Неа! Я поползу! Уже офф мозг Мода — это все. Я имею ввиду, что это искусство. А искусство — это все для меня, поэтому мода — это как другая сторона искусства. Это самовыражение, это музыка, это способ показать человека, которым ты являешься на самом деле. Этого у тебя никто не может отнять.
Куку! Ты где? Мода — это все. Я имею ввиду, что это искусство. А искусство — это все для меня, поэтому мода — это как другая сторона искусства. Это самовыражение, это музыка, это способ показать человека, которым ты являешься на самом деле. Этого у тебя никто не может отнять.
Приветик))) Успехи незначительны! Но мы стараемся! Сама как? Мода — это все. Я имею ввиду, что это искусство. А искусство — это все для меня, поэтому мода — это как другая сторона искусства. Это самовыражение, это музыка, это способ показать человека, которым ты являешься на самом деле. Этого у тебя никто не может отнять.
- Запах? Прости, но я не понимаю ровным счетом ничего из того, что ты говоришь... - холодно замечаю я, с трудом не обращая внимание на тело внутри змеи. - Каждый человек - это смесь. И тебе ли этого не знать? Смесь чувств, запахов, эмоции, крови и плоти ушедших поколений! Комок, принявший то или иное обличие... Кому-то важен цвет крови, кому-то чистота крови, - мне на миг показалось, что змея покачала своей плоской головой, - а мне важен запах. - Ммм, - неоднозначно пожимаю плечами, - и? Что тебе дает этот запах? Чем я пахну для тебя? Нагайна долго молчала, высовывая длинный язык и шевеля кончиком хвоста, а затем произнесла откровение, которое я не готов был услышать: - Ты пахнешь свободой. Я не должна быть здесь, но как видишь - могу ослушаться прямого приказа, потому что чувствую этот вселяющий надежды запах. Меня как будто ударили по голове тяжелым и пыльным предметом. Поразмыслив, задаю вопрос, первый пришедший в шальную голову. - Значит ли это, что для свободы тебе нужно избавиться от того, кто... Удерживает тебя подле себя? - Именно. - И ты можешь помочь мне, а я тебе? - Так и есть. Но сейчас мне пора... Я найду тебя сама, когда рядом не будет подслушивающих ушей. Как только тяжесть с ног исчезла, я на полусогнутых рванул в сторону туалета. Меня вырвало, тело забилось в каком-то припадке... Сзади я слышал приглушенные ковром шаги, но даже не смог оторвать руки от раковины, в которую вцепился мертвой хваткой. Перед глазами все еще вижу труп, обтянутый змеиной кожей... Simone Meyer - Что случилось? - в зеркале я увидел встревоженное лицо брата, который даже не пытался нацепить типичную маску безразличия. Обычная наша манера общения с подколками и шутками прошла на какой-то второй план... - Пойдем! Ну же, отпусти, - не говоря больше ни слова, перепуганный мужчина аккуратно разжал мои пальцы, а запах, который всегда сопровождает его, успокоил натянутые нервные струны. Оторвав меня от раковины, он повел было в спальню, но я так быстро закачал головой и сделал шаг в сторону выхода, что ему пришлось усадить меня силой на диван в гостиной. А я ведь тоже зависим от запаха, и эта мысль не дает мне покоя. Словно внутри меня живет змея и Нагайна раскрыла этот секрет, различив под человеческим телом змеиную душу. - Выпей. Выпей я сказал! - как никогда требовательно произнес брат, увидев как отчаянно я трясу головой. - Здесь была Нагайна. Та самая змея... Она была здесь, - не узнав собственный голос, принимаю в руки успокоительное мутно голубого цвета в стеклянном стакане. - Что? - сев рядом со мной на соседнее кресло, брат занервничал. - Она атаковала тебя? Что было дальше? - В том то и дело, что она пришла для разговора. Я несколько раз повторил одно и тоже, пока мужчина не убедился в том, что у меня не 'белочка' и сказанное мной не является галюцинацией. Не узнаю себя. Я мог быть в бешенстве, но спокойным снаружи, а сейчас похож на тряпку, только вместо воды из меня выходят эмоции. Видимо слишком много работал за последнее время и стресс разрушил стены, помогающие держать оборону. - А не думаешь ли ты, что Нагайна пришла сюда по его приказу? - два тонких пальца лежат сейчас на моем запястье и не нужно быть гением, чтобы понять - брат отсчитывает удары сердца, ожидая момента, когда я окончательно успокоюсь. И судя по кривой ухмылке, у меня это пока не получается сделать. - Знаешь... - на несколько минут я замолчал, а потом продолжи, - Лишь на мгновение мне показалось, что она действует по плану. Но... Что-то было не так. Змея нервничала и как будто прислушивалась. Если бы она была с ним заодно, Нагайна вела себя несколько иначе... Может, я просто хватаюсь за соломинку, но только она знает то, что не сможет узнать ни один из Пожирателей смерти! И если ее слова правдивы, то война, развязаная этим человеком, проиграна еще в начале первого боя! - Будем полагаться на твою интуицию, - фыркает брат как только я закуриваю сигарету, - пока она не подводила нас. Что предлагаешь делать? - Пока Нагайна не сказала ничего, придется просто ждать. У нас нет информации, а лезть в темноту да еще и со связанными руками по меньшей мере глупо. Дети в безопасности и это уже утешительная новость. - Что верно, то верно... Тебе нужно отдохнуть и поесть, организм не справляется и ты это чувствуешь. - Да, пожалуй. Хотя слабость та еще штука. Но на всякий случай задерживаться на одном месте мы не будем. Если змея так просто меня нашла... - Ты затеял самую опасную игру со смертью, понимаешь? - смотрю на то, как брат разрезает перец на специальной доске, каждое слово соответствует одному взмаху острого ножа. - Старший братик волнуется? - елейно говорю я, улыбнувшись вымучено. - А как же ему не волноваться? Вдруг младшенького принесут в спичечной коробке? - задумчиво прикладывает острие к нижней губе и смотрит на меня, правда плохо скрывая улыбку. - Это во сколько же раз нужно его сложить? - удивленно спрашиваю я. - Зачем складывать? Можно просто сжечь. Кстати, братик не будет возвращать, если эту коробчонку я поставлю в самый дальний угол? - помидоры отправляются в миску вслед за перцем. - Эх, а я так надеялся на стеклянную полку и свет софитов... - притворно вдыхаю и уже сам не могу перестать улыбаться. - Конечно, я понимаю во что ввязываюсь и мне одному с этим не справиться. И кстати, кухня все-таки моя... - Ничего не знаю! Ты едва на ногах стоишь. - Аарон, мне не по душе то, во что ввязываюсь. Но ведь обойти это нельзя стороной... - угрюмо говорю я, хоть с одним не притворяясь самоуверенным и эгоистичным. - Конечно нельзя и выбора как такового нет. Либо драться, либо позволить себя уничтожить. Он не оставит нас в покое, пока мы не остановим его. Вот, поешь, станет легче. Затем иди спать, братик, - елейно усмехнувшись, фыркает повар. Не успеваю съесть и половины, как шутливо получаю ложкой по лбу. - Не торопись ты, как будто за тобой гонится стая диких собак. - С Лилианной все в порядке? - интересуюсь я, принимая кружку со сладким чаем. - Да, она передает тебе привет и выражает надежду, что скоро встретится с тобой, - кивает Аарон и наконец-то усаживается рядом, а то маячит перед глазами, как назойливый крестьянин. - Она же в Хогвартсе, да? - отпиваю напиток и чувствую прилив сил и тепло, расползающееся по телу. Ах ты проказник, все таки влил снотворное. - Конечно. Может и не самое безопасное место, но хотя бы более менее... Я предпочел убраться из этого дома и даже вычеркнул его из личного недвижимого имущества. Юркнув в постель, заснул сразу же бесцветным сном и, проснувшись утром следующего дня, почувствовал себя гораздо лучше. На календаре первое августа... А на улице темно, словно наступила зима с ее беспросветными мрачными тучами. Отправляюсь в ванную и задумчиво осматриваю себя - небритый, замученый человек в помятой одежде и с чертополохом на голове. Приняв душ, привожу лицо и тело в порядок, а затем одеваюсь в чистую одежду. Что ж... Меня ждет дальняя дорога. Сажусь в автомобиль и отправляюсь в аэропорт, а из него - в Лондон. Можно было просто трансгрессировать, но как иначе оценить обстановку вокруг? То, что я увидел не обрадовало меня, но и не удивило. Определенно радует, что не в каждой стране подобное, а лишь в трех - Франция так же подверглась обезумевших людей. Англия настоящий эпицентр этой чумы, которая распространяется вспышками по белу свету. Отправив послание в школу и супруге, осматриваюсь. - Вокзал Кинг-Кросс, платформа 9 3/4, отправление поезда через пятнадцать минут, - приходит ответ. То ли я дурак, то слепой, то ли не знаю о системе передвижения волшебников. Где мне ее искать? Везет этим людям... Кому-то стирают память, кому-то помогают на месте. Идут себе неспешно по делам, не обращая ни на кого внимания. Заприметив вдали знакомую фигуру, чуть вытягиваю голову вперед и прищуриваюсь. Показалось? Да нет, не может быть такого. - Доброе утро, герр Уильямз. Ищите платформу? - за кашлем кое-кто попытался скрыть насмешу. Холодный шепоток на ухо от Северуса убедил меня в том, что я не ошибаюсь. - Вы как раз вовремя, - хмыкаю я и поворачиваюсь лицом к собеседнику. - Здравствуйте, Минерва. Кстати, почему я "герр"? После пережитого как минимум просто Рис. - Рис, мы рады видеть вас. Мы все сделали, как вы сказали. Спасибо вашим людям, они очень помогли! - сейчас женщина выглядит менее нелепо чем в прошлый раз, видимо вещи подбирались тщательнее. - Северус... - Да? - чуть склонив голову на бок, интересуется крючконосый. - Позади вас стоит молодой человек. Не то, чтобы он сильно бросается в глаза, просто... Его поведение и держание руки запазухой внушает мне некоторые опасения. А за моей спиной есть зеркало. Не видите ли вы его в нем? - улыбаюсь, как будто рассказываю анекдот или забавную историю. - Это Пожиратель смерти, - по лицу мужчины пробежала тень, которую я не успел распознать, но возможно это была тень страха. - Интересно, с какой он целью здесь, - говорю я. - И, как мне кажется, он здесь из-за вас. - В каком это смысле? - холодно спрашивает Снегг, ощитинившись. - Не похоже, что он кого-то ждет. Не похоже так же и на то, что ему кто-то нужен. Скорее всего, как вариант, он присматривает за вами. Или же... Не хочу об этом думать, - улыбаюсь как ни в чем ни бывало. Минерва уставилась на мужчину пытливым взором, затем покачала головой и вновь попыталась вступиться за коллегу. - Я один раз это слышал и увы, - делаю шаг в сторону Северуса, оказываясь совсем уж близко. - Не намерен доверять тому, кто метается из стороны в сторону. Еще чуть-чуть, долю секунды и в меня будет отправлено пару заклятий. Справившись с эмоциями, Северус с надменной улыбкой говорит: - Мне доверяет великий человек, которого зовут Альбусом Дамблдором. А мнение выскочки, которая вывернулась... Подобно змее из возникшей проблемы - прошу оставить при себе. - Ох, вот оно что, - растягивается улыбка на моем лице, - Значит... - Мальчики! - совершенно по-девчачьи воскликнула Минерва, дернув нас за рукава. - Прекратите сейчас же. Вы конечно уже не в том возрасте, чтобы вас наказывать, но я с радостью промою вам мозги, если не перестанете это делать! Нам нельзя сейчас ругаться, только не в этот опасный момент. Но ничто не помешало мне пихнуть Северуса прямо в кирпичную стену, а ему - подставить мне подножку. Ладно. 2:2. Хмыкаю и иду вслед за женщиной, отставая примерно на полшага, чтобы не выглядеть идиотом, который не знает дороги. - Стойте, он идет сюда, - пришлось приобнять Минерву и затащить ее за ограждение, Снегг запоздало юркнул следом. Видимо Пожиратель расчитывал добраться именно до него и отправился следом, но потерялся и сейчас злобно топнув ногой, вертит головой туда сюда. - В сообщении было сказано, что до отправления пятнадцать минут. Если это так, то мы опоздали, - шепотом говорю я. - Поезд для нас и других учителей и взрослых, которые намерены во чтобы то не стало защитить школу. Думаю, они подождут нас... Многие хотят поблагодарить вас за своевременное вмешательство, - робкая улыбка дрогнула на губах, а щеки смущенно порозовели. Выхожу из своего укрытия и осматриваюсь. Но тут же успокаиваюсь, когда удаляющаяся спина разъяренного Пожирателя исчезает в дверях вокзала. - Только давайте быстрее. - Нужно пройти через барьер. Вот этот, - Минерва подходит ко мне и показывает на кирпичную стену, точно такую, рядом с которой мы только что стояли. Стараюсь не выдать своего удивления, но немного волнуюсь - вдруг волшебники видят что-то, чего не вижу я? Тогда это слишком очевидное разоблачение!
Мода — это все. Я имею ввиду, что это искусство. А искусство — это все для меня, поэтому мода — это как другая сторона искусства. Это самовыражение, это музыка, это способ показать человека, которым ты являешься на самом деле. Этого у тебя никто не может отнять.
Неа... Я вообще в прострации! Ни творчество не идёт, ни кулинария, ни уборка((( Надо как-то себя взбодрить что ли... Мода — это все. Я имею ввиду, что это искусство. А искусство — это все для меня, поэтому мода — это как другая сторона искусства. Это самовыражение, это музыка, это способ показать человека, которым ты являешься на самом деле. Этого у тебя никто не может отнять.
Ты давай, старайся. Я уже к школе подошла по сюжету. Если человек предал кого-то из-за тебя, не стоит связывать с ним жизнь, рано или поздно он предаст тебя из-за кого-то.
эх ты как Мода — это все. Я имею ввиду, что это искусство. А искусство — это все для меня, поэтому мода — это как другая сторона искусства. Это самовыражение, это музыка, это способ показать человека, которым ты являешься на самом деле. Этого у тебя никто не может отнять.
Вот так. Мне еще за Гарри хардкор ебашить Если человек предал кого-то из-за тебя, не стоит связывать с ним жизнь, рано или поздно он предаст тебя из-за кого-то.
А мне в принципе за всех! Я ща с моей пупсой разберусь))) Уложу может! Мода — это все. Я имею ввиду, что это искусство. А искусство — это все для меня, поэтому мода — это как другая сторона искусства. Это самовыражение, это музыка, это способ показать человека, которым ты являешься на самом деле. Этого у тебя никто не может отнять.
А где кусь, который я выложила? Мода — это все. Я имею ввиду, что это искусство. А искусство — это все для меня, поэтому мода — это как другая сторона искусства. Это самовыражение, это музыка, это способ показать человека, которым ты являешься на самом деле. Этого у тебя никто не может отнять.
Авось может после моего понесет.
Ты там сама работать то будешь?